Калле Блумквист и Расмус (Часть 3). Астрид Линдгрен

Порекомендовать к прочтению:
FavoriteLoading Поставить книжку к себе на полку

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Но сейчас Никке страшно обеспокоен. Как отослать отсюда Расмуса обратно к остальным? Должно быть, внизу, у причала, что-то случилось. Самолет так и не поднялся, а появление моторных лодок наверняка что-нибудь да значит. Интуиция подсказывала Никке: наступил конец этой злосчастной истории, и Петерсу тоже пришел конец, так же как и ему самому. Никке доволен. Все будет хорошо, только бы Расмус поскорее вернулся к отцу. Маленький ребенок не должен сидеть в лесу и смотреть, как умирает человек. Никке хочет избавить от тягостного зрелища своего друга, но не знает, как это сделать. Он не может сказать малышу: «Уходи, потому что старый Никке сейчас умрет и он хочет остаться один… лежать здесь в полном одиночестве и радоваться тому, что ты, мальчик, снова свободен и счастлив. Ты можешь стрелять из лука и пускать по воде лодочки из коры, которые смастерил для тебя Никке».

Нет, так не скажешь! А тут еще Расмус обвивает рукой его шею и ласково говорит:

— А теперь идем, милый Никке, уйдем отсюда! Пойдем к папе.

— Нет, Расмус, — с трудом говорит Никке. — Я не могу идти, шагу не могу ступить, понимаешь, придется мне остаться здесь. Но ты должен пойти один… Я хочу, чтобы ты пошел!

Расмус надувает губы.

— А вот и не пойду! — решительно заявляет он. — Я подожду, пока ты пойдешь со мной. Понятно?

Никке не отвечает. У него нет больше сил, и он не знает, что сказать. А Расмус, уткнувшись носом в его щеку, шепчет:

— Я ведь так тебя люблю, так люблю!

Тут Никке плачет. Он не плакал с тех пор, как был ребенком. Но теперь он плачет. Потому что очень устал, и еще потому, что впервые в жизни ему говорят такие слова.

— Неужто? — всхлипывает он. — Неужто ты можешь любить киднэппера?

— Да, ведь киднэпперы добрые, — уверяет его Расмус.

Никке собирает последние силы.

— Расмус, теперь ты должен сделать как я говорю. Ты должен пойти к Андерсу, Калле и Еве Лотте. Ты ведь станешь Белой Розой, а? Ты ведь хочешь этого, верно?

— Хочу, да только…

— Ну тогда ты торопись! Я думаю, они ждут тебя!

— Да, ну а ты, Никке?

— Я буду лежать здесь, тут так хорошо, кругом мох. Буду лежать, отдыхать и слушать, как щебечут птицы.

— А как же… — говорит Расмус.

Но вдруг он слышит, как кто-то кричит. Далеко-далеко. Кто-то зовет его по имени.

— Ой, это папа! — радостно восклицает Расмус.

Тут Никке снова плачет, но теперь уже совсем тихо, уткнувшись головой в мох. Судьба порой оказывается добра к старому грешнику — теперь ему больше нечего беспокоиться о Расмусе. Никке плачет оттого, что благодарен за это… и оттого, что так трудно сказать «прощай» этой маленькой фигурке в грязном комбинезончике, которая стоит здесь и не знает, идти ли к папе или остаться с Никке.

— Иди и скажи своему папе, что здесь в лесу лежит старый, продырявленный пулей киднэппер, — говорит Никке.

Никке с трудом поднимает руку и гладит Расмуса по щеке.

— Прощай, Расмус! — шепчет он. — Иди и стань Белой Розой. Самой прекрасной маленькой Белой Розой…

Расмус снова слышит, как его зовут. Он поднимается, всхлипывая, и в нерешительности стоит, глядя на Никке. А потом идет. Несколько раз он оборачивается и машет рукой. Никке не в силах помахать ему в ответ, но он провожает маленькую детскую фигурку взглядом голубых глаз, полных слез.

Расмуса больше нет рядом. Никке закрывает глаза. Теперь он доволен, но он очень устал. Хорошо бы уснуть.

19

— Вальтер Сигфрид Станиславус Петерс, — говорит комиссар государственной полиции, — все сходится точно. Наконец-то! Не кажется ли вам самому, что вас вовремя схватили?

Инженер Петерс не отвечает на этот вопрос.

— Дайте мне сигарету, — нетерпеливо говорит он.

Полицейский Бьёрк подходит к нему и засовывает ему в рот сигарету «Робин Гуд».

Петерс сидит на валуне у причала. Он в наручниках. За его спиной стоят остальные — Блум, Сванберг, иностранный летчик.

— Вы, быть может, знаете, что мы довольно давно преследуем вас, — продолжал комиссар. — Мы запеленговали ваш радиопередатчик два месяца тому назад, но вы исчезли в тот самый миг, когда мы должны были вас схватить. Вы что, устали от шпионской работы, раз взялись похищать людей?

— А не все ли равно, — с нескрываемым цинизмом говорит Петерс.

— Да, может быть, — соглашается комиссар. — Но для вас, во всяком случае, покончено и с тем и с другим.

— Да, теперь, верно, с большей частью дел покончено, — горько признался Петерс и, закурив сигарету, несколько раз глубоко затянулся. — Мне очень хочется узнать, — сказал он, — как стало известно, что я здесь, на острове Кальвён?

— Мы не знали об этом, пока не явились сюда, — ответил комиссар. — А сюда мы явились благодаря тому, что один старый школьный учитель в Лильчёпинге умудрился вчера вечером поймать маленькое коротковолновое сообщение от нашего друга Калле Блумквиста.

Петерс бросил испепеляющий взгляд на Калле.

— Так я и думал! — сказал он. — Ну что бы мне явиться на две минуты раньше и пристукнуть его! Проклятые юнцы! Это они виноваты во всем с начала до конца. Я готов скорее сражаться со шведской полицией безопасности, чем с этой вот троицей.

Комиссар подошел к трем Белым Розам, сидевшим на причале.

— Мы рады, — произнес он, — иметь таких первоклассных помощников.

Все трое скромно опускают глаза. А Калле думает про себя, что они, по правде говоря, помогали не полиции безопасности, а только Расмусу.

Петерс гасит окурок каблуком и тихо бормочет ругательства.

— Чего мы ждем, — произносит он. — Поехали!

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

FavoriteLoading Поставить книжку к себе на полку
Распечатать сказку Распечатать сказку
Находится в разделе: Астрид Линдгрен

Читайте также сказки:


Яндекс.Метрика