От судьбы не уйдешь

Молодой шахзаде со своими назирами и визирями отправился на охоту. Гоняясь за джейраном, он далеко опередил своих спутников и, наконец, заехал так далеко, что совершенно потерял их из виду.

Желая возвратиться к своим назирам и визирям, он заметил, что заблудился: впереди находился темный лес, а позади обширное поле. чистое, не стоптанное ни людьми, ни зверями. Он осмотрелся кругом: нигде не видать дороги. Бросился в одну сторону, бросился в другую сторону — ни дороги, ни тропинки, ни следа человеческих ног. Между тем, стало темнеть.

Молодой шахзаде с именем аллаха на устах въехал в лес. Он привязал лошадь к дереву, а сам сел, чтобы отдохнуть под ним. Утолив голод хлебом и сыром, которые он нашел в своем хурджуне, он совершил намаз, лег и заснул крепким сном.

На другой день, когда он проснулся утром, то сквозь листья деревьев заметил вьющуюся над лесом тоненькую струйку дыма и догадался, что недалеко находится человеческое жилье. Он быстро встал и, держа своего коня на поводу, направился в сторону, откуда поднимался дымок. Сделав несколько шагов, он очутился перед маленьким домиком. Привязав свою лошадь к дереву, шахзаде тихонько зашел в домик, чтобы узнать, кто в нем живет: джин или человек, шейтан или мелек, отшельник или разбойник, друг или враг; но в домике, кроме дряхлого старика, никого не оказалось.

Старик этот, сидя на тахте, на подушечке, одной рукой перебирал черные четки, а другою — перелистывал лежавшую перед ним на тахте большую книгу, в которую по временам что-то записывал тростниковым пером.

- Салам-алейкум, дядя! — приветствовал старика шахзаде, — аллах в помощь! Да умножит он твое терпение, да сделает он благотворным для людей и прибыльным для тебя твой труд!

- Алейкум-ас-салам. сын мой! — ответил старик на приветствие шахзаде. — Откуда аллах несет?

- Заблудился в лесу, дядя, и не знаю, как найти дорогу. Увидел твой домик и зашел, чтобы отдохнуть под твоим гостеприимным кровом.

- Гость принадлежит аллаху, сын мой: сядь и отдохни. Я сейчас кончу свою работу и угощу тебя, чем аллах послал.

Шахзаде сел возле старика на тахте и начал наблюдать, как тот работает.

- Не считай, дядя, мой вопрос предосудительным, — обратился он вдруг к старику. — Скажи мне, что ты делаешь здесь и что записываешь в эту большую книгу?

- Сын мой, — ответил старик, — то, что я делаю здесь или что записываю в эту книгу, — тебя не касается. Ты лучше отдохни и ступай с богом.

- Нет, не уйду, — сказал шахзаде, сильно задетый словами старика. — Не уйду, пока ты не скажешь мне, что ты записываешь в эту книгу.

-Сын мой, не злоупотребляй правом гостя, — мягко сказал старик.

Но шахзаде сидел на лошади шейтана и не отставал от старика. Он хотел во что бы то ни стало узнать, что старик записывает в книгу. Он так просил, так умолял, что старик, наконец, смягчился и сказал:

Сидеть на лошади шейтана — упрямиться. Я записываю в эту книгу судьбу людей, кому что определено.

- В таком случае, — попросил шахзаде, — потрудись узнать в твоей книге, что определено мне судьбой?

Старик начал перелистывать книгу, бормоча себе под нос: “Биссимиллах—ир—рахман—ир—рахим!” и, наконец, подняв седую голову, посмотрел пристально в лицо шахзаде и сказал:

- Сын шаха! Отныне известна твоя судьба: тебе предназначена женитьба на дочери бедного пастуха, которая вот уже несколько лет страдает неизлечимой болезнью и в настоящее время находится в хижине своего отца.

- Врешь, глупый старик, — закричал разгневанный шахзаде. — Я не верю твоему нелепому предсказанию! Чтобы я, — сын шаха, — женился на больной дочери какого-то бедного пастуха?!..

- Я передал тебе только то, что прочитал в моей книге о твоей судьбе, — возразил старик.

- Плевать мне на твою книгу и на твое глупое предсказание! — сказал шахзаде и, повернувшись спиной к старику, стремительно вышел из комнаты.

Целый день бродил шахзаде по лесу, отыскивая дорогу, и, наконец, увидел узенькую тропинку, которая и вывела его из лесу. Было темно, когда шахзаде вышел на поляну. Он не знал, какой путь ему держать, и пошел наудачу, куда глаза глядят.

Шел он долго ли, коротко ли, аллах ведает, но шел до тех пор, пока не увидел перед собой светящийся огонек, и пошел по этому направлению. Через несколько минут он очутился у ветхой, полуразвалившейся хижины, перед которой был разведен огонь, а около него на голой земле сидел какой-то оборванец и чинил чарыхи. Увидя приближающегося шахзаде, бедняк вскочил и приветствовал его низким поклоном.

- Салам-алейкум, добрый человек! — сказал шахзаде. — Я потерял дорогу и заблудился. Не можешь ли ты указать мне дорогу. Я отблагодарю тебя за твой труд.

- Алейкум-ас-салам, ага, я душевно рад служить твоей милости, но к несчастью, до города далеко, и едва ли мы ночью найдем дорогу. Если ты подождешь до утра, то я выведу тебя на дорогу. Тем более, что ночью страшно пускаться в путь, да и дороги небезопасны от разбойников.

- Что же делать, придется подождать до утра, — сказал шахзаде. — А где же мне переночевать?

- Если не побрезгает твоя милость, я помещу тебя в моей хижине, там спит только моя больная дочь.

- Больная дочь? — спросил шахзаде. — А кто же ты сам?

-Я — бедный пастух, милостивый ага!.. Твой покорный раб!

- И ты говоришь, что у тебя есть больная дочь?

- Да, мой высокоуважаемый ага! Видно, грешен я перед всемогущим аллахом, и он своей карающей рукой хочет наказать меня за великие мои прегрешения: дал мне дочь, которая вот уже несколько лет страдает неизлечимой болезнью. Много мы приглашали хакимов, джиндаров, но никто не мог вылечить ее. Она лежит в своей комнате и не может двигаться!.. Да, видно, аллах навсегда отвернулся от нас, не хочет взять ее к себе, чтобы мы, наконец, успокоились.

Страницы: 1 2

Понравилась сказка? Тогда поделитесь ею с друзьями:

FavoriteLoading Поставить книжку к себе на полку
Распечатать сказку Распечатать сказку
Находится в разделе: Азербайджанские сказки

Читайте также сказки:


Яндекс.Метрика