Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями (второй вариант)

А Нильсу хоть и стыдно было перед гусятами, а всё-таки он был рад, что его оставили в покое.
Он забился в свой домик и решил никуда не выходить, покуда Акка сама не позовёт его.
Так он и сидел один в своём домике. Прошёл день, прошла ночь, ещё один день прошёл.
http://audioskazki.net/wp-content/gallery/lagerlef/nils/124.jpgАкка его не звала. На третий день к вечеру Нильс совсем загрустил. Вот уже все сроки миновали, а старая Акка так и не вспомнила о нём. И, уткнувшись лицом в свою травяную подушку, Нильс горько заплакал. Он громко всхлипывал, тяжело вздыхал, и от этого ему становилось так жалко себя, что слёзы в три ручья лились у него из глаз. Подушка его давно промокла, лицо распухло, глаза болели, а он всё плакал и плакал, пока не заснул,
И вдруг кто-то загоготал над самым его ухом, затеребил его, затормошил, затряс. Нильс вскочил на ноги. В дверях стоял Мартин.
Он просунул голову в самый домик и громко кричал:
— Скорей! Иди скорей! Тебя Акка зовёт…
Мартин хотел сказать ещё что-то, но Нильс уже не слушал его.
Одним прыжком он выскочил из домика, так что Мартин едва успел убрать голову.
«Да что это с ним? Прямо сам не свой»,— подумал Мартин, глядя, как мелькают в траве пятки Нильса.

3

http://audioskazki.net/wp-content/gallery/lagerlef/nils/125.jpgАкка сидела в своём гнезде, а рядом с ней на кочке сидел орёл.
«Он-то здесь зачем?» — удивился Нильс и растерянно посмотрел на Акку.
— Может, мне после прийти?— нерешительно спросил он, подходя к гнезду,
— Нет, нет,— сказала Акка.— Мы тебя как раз и ждём.
Потом она повернулась к орлу и чуть-чуть наклонила голову:
— Теперь рассказывай, Горго.
— Что ж, как приказано,
так всё и сделано,— весело заговорил орёл.— Был я в Гли-мингенском замке, познакомился с вашими совами.
«Ага! Так, значит, Акка посылала его к совам. Это ловко!» — подумал Нильс и насторожился.
— Ну и далеко живут ваши приятельницы!— рассказывал Горго.— Я уж думал, не поспею к сроку вернуться. Даже домой не залетал — прямо сюда со свежими новостями. Да и с совушками этими было немало возни. Прилетел, а они, видите ли, спят… Всё у них шиворот-навыворот, всё не как у птиц.
Другие ночью мирно спят, а эти за день-то выспятся хорошенько, а ночью по лесу рыщут. Сразу видна воровская порода…
— Но ты их всё-таки разбудил?— робко спросил Нильс.
— А как же! Стану я с ними церемониться! Я как погладил клювом одну, так другая сама проснулась. Хлопают обе глазищами, охают, ахают, ухают. Со слепу да спросонок ничего понять не могут. Они и так не больно-то понятливы, а тут, видно, последний ум у них отшибло: «Безобразие!— кричат.— Кто смеет тревожить наш сон?» Ну, я им показал, кто смеет. Они теперь надолго запомнят.

http://audioskazki.net/wp-content/gallery/lagerlef/nils/126.jpg

— Зачем же ты с ними так!— с укором сказал Нильс.— Они, наверное, рассердились, теперь у них ничего и не выведать.
— Как это не выведать?— возмутился Горго.— Да я уже всё выведал.
— Ну что? Что они сказали?— прошептал Нильс. От страха он даже потерял голос.
— Ты меня не перебивай,— сказал Горго.— Всё в своё время узнаешь. Ну, отрекомендовался я им и говорю: «Вы чего между собой сплетничаете, о чужих тайнах болтаете?» Они туда, сюда… «Что вы!— лопочут. — Мы знать ничего не знаем, какие такие тайны». Ну, я опять потряс их немножко. «А, — говорят, — знаем, вспомнили. Только вы чем, собственно, интересуетесь?» — «Нильсом, — говорю, — интересуюсь. Что про него гном сказал, выкладывайте».
— Ну, что же он сказал?— опять перебил Нильс.
— Подожди ты, не торопись. На чём это я остановился? Да. Видят совы, что делать нечего, по думали-под умали и говорят: «Наклонитесь, пожалуйста, поближе. Мы эту тайну сообщаем только шёпотом и только на ухо». И зашипели мне в оба уха, как змеи. Ну, я не сова, я шептаться не буду. Я тебе прямо скажу: не быть тебе человеком до тех пор, пока кто-нибудь не захочет стать таким же маленьким, как ты.
— Да кто же захочет стать таким, как я!— в отчаянии воскликнул Нильс.
Горго внимательно оглядел его с ног до головы и покачал головой.
— Да, охотников, конечно, мало найдётся!— сказал он.— Разве что я кого-нибудь попрошу. Мне никто не откажет,
— Нет уж, не надо. Всё равно это не в счёт будет,— грустно сказал Нильс,— Видно, мне уж не быть больше человеком,— и он крепко стиснул зубы, чтобы не расплакаться.
— Не говори так,— сказала Акка.— Никто не знает, что с ним будет завтра, Наберись терпения и жди.

http://audioskazki.net/wp-content/gallery/lagerlef/nils/127.jpg

http://audioskazki.net/wp-content/gallery/lagerlef/nils/128.jpg

1

http://audioskazki.net/wp-content/gallery/lagerlef/nils/129.jpgето быстро прошло. После первых же ночных заморозков Акка Кнебекайзе велела всем готовиться к отлёту.
Теперь стая была почти втрое больше, чем весной. Двадцать два гусёнка должны были совершить свой первый перелёт. Накануне дня, назначенного для отправки в дальнее странствие, Акка устроила гусятам экзамен: сперва каждый в отдельности показывал своё искусство, потом летали все вместе. Это было очень трудно: надо было разом подняться в воздух и в строгом порядке построиться треугольником. Десять раз Акка заставляла гусят подняться и опуститься, пока они не научились держать расстояние, не налетать друг на друга и не отставать.
На следующий день на рассвете стая тронулась в путь. Впереди летела Акка Кнебекайзе, а за нею двумя ровными расходящимися линиями тянулась вся стая—восемнадцать гусей справа и восемнадцать гусей слева мерно взмахивали крыльями.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Понравилась сказка? Тогда поделитесь ею с друзьями:

FavoriteLoading Поставить книжку к себе на полку
Распечатать сказку Распечатать сказку

Читайте также сказки:


Яндекс.Метрика