Былина: Добрыня и Алеша. Вариант 2 (с иллюстрациями)


ак молодой Добрынюшка Никитинец,
Он ходил-гулял по чисту полю,
Приезжал Добрынюшка к сыру дубу.
Как сидит-то ведь тут на сыром дубу,
Сидит-то еще сидит черный вран.
Как тут этот Добрынюшка Никитинец
Натягивал скоро свой он ту́гой лук
А клал стрелочку каленую,
А хочет он стрелить тут че́рна ворона.
Ворон тут ему спроязычился
А тем-этим языком человеческим:
— Да ай же ты, Добрынюшка Никитинец!
А не убей меня, черна ворона,
Я тебе скажу, всё поросскажу.
Как в Киеве ребята есть говорят:
Старца-то убить есть не спасение,
Как ворона-то стрелить — не корысть буде получить:
Сизым перьем ворониным не натешиться,
Мясом те моим не наестися!
Как у того было да у ворона
Под конец-то крылья были белые.
Как говорит-то ворон таково слово:
— Ай же ты Добрынюшка Никитинец!
А я тебе скажу, все порасскажу.
Поезжай ты на гору на высокую
А на тое на ше́ломя на искатное,
А там-то есть три чудушка три чудныих,
Там-то есть три дивушка три дивныих:
Как первое там чудо белы́м-бело,
А другое-то чудо красны́м-красно,
А третье-то чудо черны́м-черно.
Как тут этот Добрынюшка Никитинец
Как скоро молодец сам пораздумался,
Говорит тут ворону: — Это правда есть;
А старца ведь убить буде не спасение,
Ворона стрелить — не корысть будет получить:
А сизым вороненым перьем мне-ка не натешиться,
Мясом мне его не нае́стися.
Как отпускал Добрынюшка свой тугой лук,
А вынимал он стрелочку каленую,
Сам-то он еще тут пораздумался:
«А лучше я поеду что на гору на высокую,
На тое шеломя я на искатное,
Глядеть-то там три чуда я три чудныих,
Глядеть-то я три дивушка три дивныих».
Как скоро он приправливал добра коня,
Тут скорым-скоро, скоро да скорёшенько
Ехал он на гору на высокую
А на тое-то на шеломя на искатное.

Как смотрит тут Добрынюшка Никитинец:
Как стоит тут шатёр белополо́тняный,
Как у шатра замок был булатныий,
На замке тут подпись подписана:
«Кто во шатёр еще сюда зайдёт,
Тот из шатра жив да не уйдёт».
Как разгорелось его сердце богатырское,
Ударил кулаком по замку-то он,
Отпал замок ведь тут на сыру землю,
Смотрит тут Добрынюшка Никитинец,
А там в шатре столы были расставлены,
Там в шатре да яства разложены.

Как он-то, тот Добрынюшка Никитинец,
Не столько молодец да ведь ел-то, пил,
А сколько молодец он тут наземь срыл,
А пролил молодец, во ногах стоптал.
А сам молодец он да спать-то лёг.

А спит он молодец, прохлаждается,
А над собой невзгодушки не ведает.

Из далеча тут ведь, из чиста поля
А приезжает Алеша сын Попович был,
А смотрит тут Алешенька на чудо-то:
Не столько ведь да выпито да съедено,
Сколько пролито да срыто, в ногах притоптано.
А тут-то ведь Алеша разретивился
А разгорелось его сердце богатырское.
Занес-то он остро копьё острым концом,
Хочет он ударить Добрынюшку в белу грудь.

Затем-то, он Алешенька, раздумался:
«Не честь-то мне, хвала да молодецкая,
А бить-то мне-ка сонного, что мёртвого!
А лучше сяду на добра коня Добрынина.
А буду биться, стану я драться-ратиться
Со тыим с Добрынюшком с Никитичем».
Садился тут Алеша на добра коня,
А на того добра коня Добрынина
Как ударил он Добрынюшку тупым концом,
Тупым концом ударил да остра вопья.

Ото сна богатырь пробуждается,
На улицу тут скоро пометается.
Выскакал он в тонкиих белых чулочках без чоботов,
А в тонкой белой рубашке без пояса.
Да тут Добрынюшка Никитинец,
А ухватил он свою палицу еще богатырскую,
Как начали тут драться они, ратиться.
Добрынюшка поскакиват пехотою,
Алешенька ездит на добром коне,
А на том на добром коне Добрынином.

Как день бьются они тут не едаючи,
Ночь бьются они да не пиваючи.

Как другой день бьются они и другую ночь,
Отдоха-то ведь тут им не давается.
А третий день бьются и третью ночь,
От них пошел-то тут еще стук да гром,
А стала мать земелюшка продрагивать.
Как этот стук да гром услыхал-то ведь
А старый казак тут Илья Муромец,
Как сидит Ильюшенка, сам думает:
«А и это есть русьские бога́тыри.
Где-нибудь дерутся они, ратятся!»
Как скоро тут Ильюшенка седлал добра коня,
Кладывал он подпруги на подпруги,
А клал потнички на потнички
Клал войлочки на войлочки
А клал седёлко на седёлышко,
Черкасское седёлко наверх еще,
Да эти подтяжечки шелковые,
Кладывает, сам выговариват:
— А не для-то мне, братцы, красы-басы,
А не для-то ведь было для угожества,
Для укрепы мне богатырской-то.
Как видели что ведь молодца да сядучи,
Не видели тут удалого поедучи,
Не знают, во кою сторону уехал он.

Как ехал тут Ильюша на круту гору,
На тое-то ше́ломя искатное,
Да тут дерутся два русскиих бога́тыря,
Молодой Добрынюшка Никитинец
А смелый Алешенька Попович-то.

Как захватил Ильюшенка Добрыню во праву руку,
Алешу захватил сам во левую,
А закричал Ильюша во всю голову:
— Ай же вы, руссийские могучие богатыри!
А вы зачем деретесь да ратитесь?
Как говорит Алеша таковы слова:
— Ах ты, старый казак Илья Муромец!
Да как-то мне не драться, не ратиться?
Как у меня в шатре были столы расставлены,

Страницы: 1 2 3 4

Понравилась сказка? Тогда поделитесь ею с друзьями:

FavoriteLoading Поставить книжку к себе на полку
Распечатать сказку Распечатать сказку
Находится в разделе: Русские былины, Сказки с картинками

Читайте также сказки:


Яндекс.Метрика