Былины: Соловей Будимирович

Высота ли, высота поднебесная,
Глубота, глубота океан‑море,
Широко раздолье по всей земли,
Глубоки омуты Днепровские!

Из‑за моря, моря синего,
Из глухоморья зеленого
От славного города Леденца1,
От того-то царя ведь заморского
Выбегали‑выгребали тридцать кораблей,
Тридцать кораблей, как един корабль
Славного гостя богатого,
Молода Соловья сына Будимировича.

Хорошо корабли изукрашены,
Один корабль получше всех:
У того было сокола у корабля
Вместо очей было вставлено
По дорогу каменю, по яхонту,
Вместо бровей было прибивано
По черному соболю якутскому,
И якутскому ведь сибирскому,
Вместо уса было воткнуто
Два острые ножика булатные;
Вместо ушей было воткнуто
Два востра копья мурзамецкие,
И два горностая повешены,
И два горностая, два зимние.
У того было сокола у корабля
Вместо гривы прибивано
Две лисицы бурнастые;
Вместо хвоста повешено
На том было соколе‑корабле
Два медведя белые заморские.
Нос, корма – по‑туриному,
Бока взведены по‑звериному2.
Бегут ко городу Киеву,
К ласкову князю Владимиру.

На том соколе‑корабле
Сделан муравлен чердак3,
В чердаке была беседа — дорог рыбий зуб4,
Подернута беседа рытым бархатом.
На беседе‑то сидел купав молодец5,
Молодой Соловей сын Будимирович.

Говорил Соловей таковы слова:
— Гой еси, вы, гости‑корабельщики
И все целовальники любимые!
Как буду я в городе Киеве
У ласкова князя Владимира,
Чем мне‑ка будет князя дарить,
Чем света жаловати?

Отвечают гости‑корабельщики
И все целовальники любимые:
— Ты славной, богатой гость,
Молодой Соловей сын Будимирович!
Есть, сударь, у вас золота казна,
Сорок сороков черных соболей,
Вторые сорок бурнастых лисиц;
Есть, сударь, дорога камка,
Что не дорога камочка — узор хитер:
Хитрости были Царя‑града
А и мудрости Иерусалима6,
Замыслы Соловья Будимировича;
На злате, на серебре – не погнется.

Прибежали корабли под славной Киев‑град,
Якори метали в Днепр‑реку,
Сходни бросали на крут бережок,
Товарную пошлину в таможне платили
Со всех кораблей семь тысячей.
Со всех кораблей, со всего живота.
Брал Соловей свою золоту казну,
Сорок сороков черных соболей,
Вторые сорок бурнастых лисиц,
Пошел он ко ласкову князю Владимиру.

Идет во гридю во светлую
Как бы на пету двери отворялися,
Идет во гридню купав молодец,
Молодой Соловей сын Будимирович,
Спасову образу молится,
Владимиру‑князю кланеется,
Княгине Апраксеевне на особицу
И подносит князю свои дороги подарочки:
Сорок сороков черных соболей,
Вторые сорок бурнастых лисиц;
Княгине поднес камку бело-хрущатую,
Не дорога камочка – узор хитер:
Хитрости Царя‑града,
Мудрости Иерусалима,
Замыслы Соловья сына Будимировича;
На злате и серебре – не погнется.

Князю дары полюбилися,
А княгине наипаче того.

Говорил ласковый Владимир‑князь:
— Гой еси ты, богатый гость,
Соловей сын Будимирович!
Заимей дворы княженецкие,
Заимей ты боярские,
Заимей дворы и дворянские.

Отвечает Соловей сын Будимирович:
— Не надо мне дворы княженецкие,
И не надо дворы боярские,
И не надо дворы дворянские.
Только ты дай мне загон земли,
Непаханой и неораной,
У своей, государь, княженецкой племяннице,
У молоды Забавы Путятичны,
В ее, сударь, зеленом саду,
В вишенье, в орешенье
Построить мне, Соловью, снаряден двор.

Говорит сударь ласковый Владимир‑князь:
— О том я с княгинею подумаю.

А подумавши, отдавал Соловью загон земли,
Непаханой и неораной.
Походил Соловей на свой червлен корабль,
Говорил Соловей сын Будимирович:
— Гой еси, вы мои люди работные!
Берите вы топорики булатные,
Подите к Забаве в зеленый сад,
Постройте мне снаряден двор
В вишенье, в орешенье.

С вечера поздым‑поздо,
Будто дятлы в дерево пощелкивали,
Работала его дружина хоробрая.
Ко полуночи и двор поспел:
Три терема златоверховаты,
Да трои сеней косящатых,
Да трое сеней решетчатых.
Хорошо в теремах изукрашено:
На небе солнце – в тереме солнце,
На небе месяц – в тереме месяц,
На небе звезды – в тереме звезды,
На небе заря – в тереме заря
И вся красота поднебесная.

Рано зазвонили к заутрени,
Ото сна‑то Забава пробужалася,
Посмотрела сама в окошечко косящатое,
В вишенья, в орешенья,
Во свой ведь хороший во зеленый сад, —
Чудо Забаве показалося
В ее хорошем зеленом саду,
Что стоят три терема златоверховаты.
Говорила Забава Путятична:
— Гой еси, нянюшки и мамушки,
Красные сенные девушки!
Подьте‑тка, посмотрите‑тка,
Что мне за чудо показалося
В вишенье, в орешенье?.

Отвечают нянюшки‑мамушки
И сенные красные девушки:
— Матушка Забава Путятична!
Изволь‑ка сама посмотреть:
Счастье твое на двор к тебе пришло.

Скоро‑то Забава наряжается,
Надевала шубу соболиную,
Цена‑то шубе три тысячи,
А пуговки в семь тысячей.
Пошла она в вишенье, в орешенье,
Во свой во хорош во зеленый сад.
У первого терема послушала ‑
Тут в терему щелчит‑молчит:
Лежит Соловьева золота казна;
Во втором терему послушала ‑
Тут в терему потихоньку говорят,
Помаленьку говорят, всё молитву творят:
Молится Соловьева матушка
Со вдовами честными, многоразумными.
У третьего терема послушала —
Тут в тереме музыка гремит.

Входила Забава в сени косящатые,
Отворила двери на пяту,
Больно Забава испугалася,
Резвы ноги подломилися.
Чудо в тереме показалося:
На небе солнце – в тереме солнце,
На небе месяц – в тереме месяц,
На небе звезды – в тереме звезды.
На небе заря – в тереме заря
И вся красота поднебесная.

Подломились ее ноженьки резвые,
В ту пору Соловей, он догадлив был,
Бросил свои звончаты гусли,
Подхватывал девицу за белы ручки,
Клал на кровать слоновых костей
Да на те ли перины пуховые.
— Чего‑де ты, Забава, испугалася,
Мы‑то оба на возрасте!

Страницы: 1 2

Понравилась сказка? Тогда поделитесь ею с друзьями:

FavoriteLoading Поставить книжку к себе на полку
Распечатать сказку Распечатать сказку
Находится в разделе: Русские былины

Читайте также сказки:


Яндекс.Метрика